Джон Уайт (ред.) ЧТО ТАКОЕ ПРОСВЕТЛЕНИЕ?

- Оглавление -


<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>




Олдос Хаксли

ВЕЧНАЯ ФИЛОСОФИЯ

Плодовитое перо Олдоса Хаксли замечательно послужило на пользу человечеству, но даже если бы он не написал ничего, кроме "Вечной философии", его все равно вспоминали бы с благодарностью. Колоссальная образованность и эрудиция Хаксли подвели его к задаче совершить обзор мировых религиозных и духовных текстов, что и было успешно сделано с помощью его ума, в высшей степени озаренного светом истины. Вышедшая в свет в 1944 году книга стала первым популярным изданием, по-настоящему выразившей то, что просветление – это сущностная истина всех мировых священных традиций. Эта книга показала единство и универсальность этой сущностной идеи за всем многообразием наименований и форм, которые она принимала на протяжении истории. Более того, поскольку человечество было вовлечено в кровавые войны на протяжении всей истории, а думающие люди в это время предпринимали безнадежные попытки поиска безопасности и здравого смысла, высокая репутация Хаксли как интеллектуала, привлекла общественное внимание к теме просветления и сделала его поиски более, если можно так выразиться, "респектабельными".

Во введении Хаксли отметил, что книга представляет собой антологию Вечной Философии в том смысле, что в ней собраны выдержки из текстов всех религиозных традиций, написанных на основных языках Азии и Европы. Отобранные фрагменты размещены под различными заголовками и, по выражению Хаксли, включены в его комментарии, предназначенные для их иллюстрации, взаимной увязки и разъяснения. Результат этого труда может быть чрезвычайно полезен для духовных искателей. Отбор текстов великолепен и блестящ, компоновка разделов по темам, таким, как самопознание, благодать и свобода воли, имеет практическую полезность, и, как и все остальные сочинения Хаксли, его комментарий отличается изящным стилем, привлекающим читателя на всех уровня.

*   *   *

Выражение "Philosophia Perennis" – "Вечная Философия" – ввел в обращение Лейбниц. Это метафизика, признающая божественную Реальность субстанциональной для мира вещей, жизней и умов, а также психология, обнаруживающая в душе что-то схожее или даже идентичное с Божественной Реальностью; этика, видящая конечную цель человека в знании имманентной и трансцендентной первоосновы бытия. Идея первоосновы всего бытия универсальна и существует с незапамятных времен. Начала Вечной Философии можно найти среди традиционных знаний у первобытных народов по всему миру, а полностью развитые ее формы есть в каждой из высокоразвитых религий. Одна из версий этого Наивысшего Общего Фактора во всех предшествовавших и последующих теологиях была зафиксирована письменно более 25 столетий тому назад, и с тех пор все. религиозные традиции снова и снова обращались к этой неистощимой теме со своих собственных позиций на всех основных языках Азии и Европы...

Знание – это функция бытия. Когда есть изменение в бытии знающего, есть и соответствующее изменение в природе и мере познания. Например, бытие ребенка за счет роста и воспитания трансформируется в бытие взрослого человека; среди результатов этой трансформации – революционная перемена в способе познания, в количестве и характере познанного. Как только индивидуальность выросла, ее знание становится более концептуальным и систематичным по форме, неизмеримо увеличивается в утилитарном содержании. Однако эти приобретения сопровождаются определенным ухудшением качества непосредственного восприятия, притуплением и потерей интуиции. Рассмотрим изменение в индивидуальном бытии, которое ученый может внести механически при помощи своих инструментов. Оснащенный спектроскопом и 60-дюймовым рефлектором, астроном становится сверхчеловеческим существом – по крайней мере в том, что касается силы его зрения; и, как естественно следовало бы ожидать, знание, которым обладает это сверхчеловеческое существо, очень отличается и качественно, и количественно от знания, обретаемого каким-нибудь звездочетом с никак не модифицированными, простыми человеческими глазами.

Но не одни лишь изменения в физиологическом или интеллектуальном бытии познающего оказывают воздействие на его знание. То, что мы знаем, зависит также от того, чем мы, как нравственные существа, хотим стать по собственному выбору. "Практика, – по словам Уильяма Джеймса, – может изменить наш теоретический горизонт, причем двояко: она может вести в новые миры, а может придавать новые возможности. Знание, которого мы никогда бы не обрели, оставаясь такими, какие мы есть, будет обретено за счет каких-то высших способностей и высшей жизни, которых можно достичь нравственно". В более сжатой форме о том же сказано: "Блаженны чистые сердцем, ибо Бога узрят".

...Вечная Философия занимается преимущественно единой Божественной Реальностью, субстанциональной для многопланового мира вещей, жизней и умов. Однако природа этой единой Реальности такова, что постичь ее прямо и непосредственно не дано никому, кроме тех, кто выбрал для себя соблюдение определенных условий – стать любящими, чистыми сердцем и "нищими духом". Почему должно быть так? Мы не знаем. Это просто один из фактов, которые нам следует принять, независимо от того, нравятся они нам или не нравятся и насколько неправдоподобными или неприятными могут они выглядеть. Ничто в нашем повседневном опыте не дает нам оснований предположить, что вода состоит из водорода и кислорода, однако, когда мы проделываем с водой определенные манипуляции, природа составляющих ее элементов становится явственной. Точно так же ничто в нашем повседневном опыте не дает нам веских оснований предполагать, что ум в средней степени одаренного человека имеет одной из своих составляющих что-то схожее или идентичное с той Реальностью, которая субстанциональна для многомерного мира; однако когда этот ум подвергается определенному серьезному воздействию, божественная стихия, из которой он, по крайней мере частично, состоит, становится явственной, причем не только для самого этого ума, но и – через свое отражение во внешнем поведении – для умов других. Лишь в физических экспериментах мы можем обнаружить сокровенную природу материи и ее потенциальные возможности. И только в психологических и моральных экспериментах – сокровенную природу ума и его потенциальные возможности. В обычных обстоятельствах жизни среднего человека эти возможности ума остаются латентными, непроявленными. Если мы захотим реализовать их, нужно будет выполнить определенные условия и подчиниться определенным правилам, действенность которых доказана эмпирически. – то же касается немногих профессиональных философов и писателей, то нет никаких доказательств того, что они делали что-либо значительное по соблюдению условий, необходимых для обретения непосредственного духовного знания. Когда поэты или метафизики говорят о непосредственной теме Вечной Философии, то, как правило, говорят не основываясь на собственном. опыте. Однако во все эпохи были такие мужчины и женщины, которые избирали для себя путь соблюдения этих условий, и несомненным фактом является то, что им удавалось достичь непосредственного знания. Эти немногие оставляли нам свои сообщения о той Реальности, которую им удалось почувствовать и которую они пытались выразить в той или иной системе мысли. Факт наличия у них такого опыта говорит о том, что у них был не только этот опыт. Имевшим знание Вечной Философии "из первых рук", в непосредственном опыте окружавшие их люди, знавшие об этом, давали названия "святых", "пророков", "мудрецов" или "просветленных"...

Мы ограничимся здесь рассмотрением лишь некоторых аспектов этой традиционной психологии – наиболее важных, наиболее подчеркивавшихся всеми представителями Вечной Философии и, добавим, в наименьшей мере являющихся психологичными. Для учений, которые, как это показано в этом разделе, относятся в большей мере к аутологии, чем к психологии, – к науке не о личностном Эго, а о вечной Сущности (Self) индивидов и тождестве (или, по крайней мере, близком родстве) этой сущности с Божественной Первоосновой. Основанное на непосредственном опыте тех, кто выполнил условия, необходимые для обретения такого знания, это учение наиболее лаконично и четко выражено в санскритской формулировке "тат твам аси" ("ты есть То") – Атман, имманентная вечная Сущность, единая с Брахманом, Абсолютным Принципом всего существования; и конечной целью всякого человеческого существа является открытие этого факта для самого себя и нахождение Того, кто только и существует на самом деле. В такой же мере, в какой Бог – во всех вещах, в такой же мере Он и за пределами всех вещей. В такой же мере, в какой Он внутри, в такой же мере Он и снаружи.

Мейстер Экхарт

Только то, что трансцендентно, полностью иное, может быть имманентным и не подверженным изменениям, возникающим в процессе становления всего того, в чем это трансцендентное пребывает. Вечная Философия учит о том, что желанным и необходимым является найти духовную Первооснову всех вещей не только внутри собственной души, но и в глубине всего окружающего мира, а также за пределами и мира, и души, в трансцендентном инобытии этой Первоосновы – на "небесах". Поскольку Бог присутствует везде, то Он присутствует и в тебе, в глубочайшей, наиболее центральной части твоей души. Естественные органы чувств не могут уловить Бога или твое единство с Ним; более того, внутренний дар понимания, воли и памяти может быть по настоящему достигнут только после постижения Бога, но это не может быть местом, где обитает Бог в тебе. Но здесь есть корень твоей глубины, из которой все эти способности возникают, как линии из центра или как ветки из ствола дерева. Эта глубина и называется первоосновой, или самым глубоким дном души. Эта глубина -единство, вечность (я едва не сказал "бесконечность") души. Эта глубина так бесконечна, что ничто не может наполнить ее или успокоить ее кроме бесконечности Бога.

Уильям Лоу

Этот отрывок показывает то противоречие, о котором мы уже говорили выше; но это, конечно, не настоящее противоречие. Бог внутри и Бог снаружи – это лишь два абстрактных понятия, которые могут быть любопытны для их понимания и выражения в форме слов. Но те факты, к которым относятся эти понятия, не могут быть реализованы и пережиты иначе, кроме как "в глубочайшей и самой центральной части души". И это истинно в такой же мере для "Бога внутри", как и для "Бога снаружи". Но если два абстрактных понятия могут быть реализованы (говоря метафорически) в одном и том же месте, то тогда сущностная природа реализации Бога внутри должна качественно отличаться от реализации Бога снаружи, и тогда и первое и второе отличается от реализации Первоосновы как одновременно присутствующей и внутри и снаружи – как сущности воспринимающего и в то же время (согласно Бхагавадгите) как того, "чем пронизан весь этот мир".

Человек, стремящийся познать это "То", которое есть "ты сам", может пытаться сделать это одним из трех способов. Он может начать пытаться заглядывать все глубже в себя, и в процессе "умирания до самой сущности" – сущности смысла, сущности воли, сущности чувства – прийти наконец к постижению своей глубочайшей Сущности, Царства Божьего, которое внутри. Иной путь начинается во внешнем существовании и состоит в попытке постичь сущностное единство этого существования с Богом, его единство с другим человеком или его единство с самим собой. Или же, наконец (и это, несомненно, лучший путь), человек может искать подходы к предельному "Тому" одновременно и внутри и снаружи, пока не придет в непосредственном переживании к постижению Бога как в конечном счете принципа своего собственного "Ты" и всех других "ты", одушевленных и неодушевленных. Полностью озаренное человеческое существо знает, как пишет Уильям Лоу, что "Бог присутствует в глубочайшей и наиболее центральной части его собственной души", но этот человек является в то же время одним из тех, кто по словам Плотина: ...смотрит на все вещи не в процессе из становления, а в Бытии и видит все их во всех других вещах. Каждое существо содержит в себе весь мыслимый мир. Таким образом Все есть повсюду. Каждый является этим Всем, и это Все – в каждом. Человек не перестает быть этим Всем в каждый момент настоящего. А когда он перестает быть индивидуальностью, он снова возвышается до того, что пронизывает собой весь мир.

Это то в большей или меньшей мере скрытое интуитивное восприятие единства, которое является основой и принципом всего того многообразия, которое является источником философии. И даже не только философии, но и естественных наук. Вся наука, как говорил Мейерсон, является сведением многообразия к единству. Находя Божественное Единое как внутри себя, так и за пределами нас, мы находим внутреннее подтверждение все того же по разному выраженного в разных понятиях единого принципа.

Философия Упанишад появляется снова, развитая и обогащенная, в Бхагавадгите и получает окончательную систематизацию в IX веке н.э. у Шанкары. Учение Шанкары (одновременно и теоретическое и практическое, как это было во всех вариантах Вечной Философии) наиболее полно выражено в его трактате Вивека-Чудамани.

Нижеприведенные цитаты взяты из этого лаконичного, не являющегося техническим руководством трактата: "Атман – это то, что пронизывает всю Вселенную, но его не пронизывает ничто; что озаряет собой все вещи, но само не может быть озарено никакими вещами..."

"Природа единой Реальности может быть познана только лишь чисто духовным восприятием человека; она не может быть узнана от какого-либо пандита (ученого человека). Это подобно тому, как луну можно увидеть только своими собственными глазами. Как можно познать ее с помощью других людей?.."

"Освобождение не может быть достигнуто только лишь с помощью восприятия тождества индивидуального духа со всеобщим Духом. Освобождения не достичь ни с помощью Йоги (физических упражнений), ни с помощью Санкхьи (спекулятивной философии), ни практикой религиозных церемоний, ни обучением..."

"Болезнь не вылечивается одним лишь только произнесением названия лекарства, а принятием этого лекарства. Так и освобождение достигается не произнесением слова "Брахман", а только лишь непосредственным переживанием Брахмана..."

"Мудрый – это тот, кто понимает, что сущностью и Брахмана, и Атмана является Чистое Сознание, и кто понимает их абсолютное тождество. Тождество Брахмана и Атмана утверждается в сотнях священных текстов..."

"Каста, вероучение, семья, традиции – все это не существует в Брахмане. Брахман не имеет ни имени, ни форм, он за пределами таких вещей, как достойное и недостойное, за пределами времени, пространства и объектов, которые можно воспринимать с помощью чувств. Таков Брахман, и "ты – это ОН". Медитируй над этой истиной, которая находится в твоем сознании."

"Высший Брахман, которого не может выразить вся сила речи, может быть уловлен только взором чистого озарения. чистая, абсолютная и вечная Реальность – таков Брахман, и "ты – это ОН". Медитируй над этой истиной, которая находится в твоем сознании..."

"Тем не менее Единое, Брахман, является причиной множественности. Нет другой причины. Но Брахман не зависит от закона причинности. Таков он. Брахман, и "Ты есть Он". Медитируй над этой истиной, которая находится в твоем сознании..."

"Неведение служит причиной того, что мы отождествляем себя со своим телом, с Эго, с чувствами, или с чем-либо еще, что не является Атманом. Мудрый тот, кто преодолевает это неведение преданностью Атману..."

Шанкара

В даосской версии Вечной Философии всеобщее присутствие трансцендентной духовной Первоосновы всего существующего утверждается с не меньшей настойчивостью, чем в Упанишадах, Гите и трудах Шанкары. Следующий отрывок взят из классики даосской литературы, Книги Чжуан-цзы, написанной на рубеже четвертого и третьего столетий до нашей эры: Не спрашивай, находится ли ОНО в том или в другом, – оно во всех существах. Поэтому мы говорим о нем как о высшем, универсальном, всеобщем... Все вещи ограничены, но ЭТО неограниченно, бесконечно. Подобно тому, что относится к проявлениям, ЭТО порождает последовательность фаз, этого проявления, но само не является этой последовательностью. ОНО – исток причин и следствий, но не является само ни причинами, ни следствиями. ОНО – исток всех сгущений и рассеивании (рождения, смерти и всякого изменения состояний), но само ОНО не является ни сгущением; ни рассеиванием. Все происходит из ЭТОГО, и все находится под его влиянием. ОНО пребывает во всех вещах, но не тождественно ни одной вещи, ничем не ограничено и не дифференцировано...

Чжуан-цзы

От даосизма мы прейдем к буддизму Махаяны, который на дальнем Востоке воспринимался как близкий к даосизму и который, проникая туда, образовал в конце концов то учение, которые мы знаем под названием дзен. Ланкаватара Сутра, откуда взят следующий отрывок, является тем трактатом, который основатель дзен особенно рекомендовал своим первым последователям: Тот, кто предается напрасным рассуждениям без понимания истины и кто заблудился в джунглях Виджнан (различные формы относительного знания), тот лишь бегает туда-сюда вокруг, пытаясь оправдать точку зрения своего собственного Эго. Сущность же реализуется в твоем наиболее внутреннем сознании, когда оно достигает своей чистоты. Это – Татхагата-гарбха (буквально: "зародыш Татхагаты", т.е. Будды), который не относится к области того, что может быть постигнуто рассудком... Чистый в своей собственной природе и свободный от понятий конечного и бесконечного, Всеобщий Ум является тем зародышем Будды, который лишь по ошибке задержался на время в живых существах.

Ланкаватара-Сутра
Единая Природа, совершенная и всепроникающая, циркулирует во всех проявлениях природы,
Единая реальность – всеобъемлющая и содержащая в себе все реальности.
Одна Луна отражается в разных местах на поверхности воды, и все луны, отражающиеся в воде, соединяются в единой Луне.
Тело Дхармы (Абсолют) всех Будд входит в мое собственное бытие. И мое бытие оказывается в единстве с другими...
Внутренний Свет за пределами всех похвал или упреков;
Подобно пространству, у него нет границ,
И тем не менее он здесь, в нас, всегда сохраняющий свою безмятежность и полноту.
Он есть только тогда, когда ты ищешь его, утратив;
Ты не можешь удержать его всегда раскрытым, но в такой же мере ты не можешь и избавиться от него,
И все, что ты можешь делать, – это следовать его собственным путем.
Ты остаешься в безмолвии, и тогда этот свет говорит в тебе;
Когда же ты сам пытаешься говорить, то это подобно немоте.
Великие врата милосердия широко раскрыты, и нет перед ними никаких препятствий.

Юнь-Чи Та-Ши

Я не настолько компетентен,... чтобы обсуждать доктринальные различия между буддизмом и индуизмом. Достаточно будет просто отметить это, и когда Будда утверждал, что человеческие существа являются по природе "не-Атманом", то он, по-видимому, говорил о личном я, а не о всеобщей Сущности. Брахман упоминается в некоторых палийских манускриптах, но не настолько часто, как в упомянутом выше учении Веданты, полностью посвященном идее тождества Атмана и Божественного и нетождественности Атмана и Эго. То, что они утверждали, и то, что Гаутама Будда опровергал, является сущностной и вечной природой индивидуальной души. "Так же как глупый человек ищет источник музыки в самом корпусе лютни, так же он ищет душу внутри скандх (материальных и психических составляющих, из которых состоит душа и тело). О существовании Атмана, который и есть Брахман, так же как и о других метафизических вещах, Будда отказывался говорить, потому что такие споры не способствовали духовному прогрессу среди членов монашеского ордена, который он основал. Эти дискуссии содержали в себе опасность и могли полностью поглотить в себе наиболее серьезных и достойных искателей, так как метафизические споры, являющиеся, в сущности, лишь развлечением, кажутся важными и необходимыми. Все эти идеи были сформулированы приверженцами Хинаяны, а затем развиты последователями Махаяны в соответствии с практикой религии буддизма, с ее блестящей и импозантной системой космологической, этической и психологической мысли. Эта система базировалась на постулатах строгого идеализма и прямо провозглашала отказ от идеи Бога. Но моральный и духовный опыт был слишком силен для философской теории, и под влиянием непосредственного опыта, авторы сутр буддизма Махаяны использовали весь свой талант для объяснения того, почему Татхагата и Боддхисаттвы заостряли внимание на необходимости бесконечного милосердия ко всем живым существам, которые вроде бы на самом деле и не существуют, иллюзорны. В то же время они расширили границы субъективного идеализма настолько, что нашлось место и для Всеобщего Ума; можно соотнести идею отсутствия души с учением, утверждающим, если рассмотреть его в его чистом виде, что индивидуальный ум может отождествлять себя с Всеобщим Умом "зародыша Будды", и, хотя провозглашалось отсутствие Бога, в то же время утверждалось, что Всеобщий Ум, который может быть реализован, является сознанием вечного Будды и что этот "ум Будды" ассоциируется с "великим сострадательным сердцем", которое желает освобождения всех живых существ и которое дарует божественную благодать всем, кто предпринимает достаточно серьезные усилия для достижения высшего человеческого предела. Таким образом, лучшие из сутр буддизма Махаяны, несмотря на не совсем удачные термины, содержат в себе аутентичную формулировку идеи Вечной Философии – формулировку, которая в некоторых отношениях (как мы могли это видеть в разделе "Бог в мире") является более полной, чем какие-либо другие.

В Индии, так же как и в Персии, мусульманская мысль была обогащена учением о том, что Бог имманентен в такой же мере, как и трансцендентен, в то время как мусульманская практика добавила моральные учения и "духовные упражнения", пониманием которых душа готовилась к созерцанию объединяющего знания о божественном. Известен замечательный исторический факт, что поэт Кабир был провозглашен святым как мусульманами, так и индуистами. Политика тех, чьи цели находятся за пределами времени, всегда мирная; это идолопоклонники прошлого и будущего, реакционной памяти и утопической мечты, совершавшие преследования и разжигавшие войны во имя идеи. Смотри, хотя Единое и во всех вещах, но есть второе – то, что приводит тебя к заблуждениям.

Кабир

Так этот инсайт в природу вещей и в происхождение добра и зла не ограничивается только лишь святыми, он может быть найден, скрытый в каждом человеческом существе, что подтверждается самой структурой нашего языка. Языка, который, как давно уже отметил Ричард Тренч, часто "более мудр не только, чем обыденная вульгарная речь, но даже и чем самые мудрые из тех, кто говорит на этом языке. Иногда он скрывает истины, которые были когда-то хорошо известны, а потом стали забыты. В иных случаях он раскрывает зачатки истин, которые никогда явственно не были замечены, и гениальность его устройства содержится в тех проблесках истины, которые открываются в счастливые моменты прикосновения Божественного". Например, характерно то, что в индоевропейских языках, как это отметил Дармстетер (переводчик "Зенд Авесты". – прим. перев.), корень слова "два" содержит в себе значение чего-то плохого. Греческий префикс "дис" (как в слове "диспепсия" – "не-сварение") и латинское "дис" (как в английском слове "dishonorable" – "бес-честие") в обоих случаях происходит от "duo". Подобно этому "два" придает уничижительный смысл таким современным словам, как французское bevue ("вежливый", буквально: "имеющий две точки зрения", двуличный). Следы этого "второго, которое приводит к заблуждению" могут быть найдены в словах "dubious", "doubt" – "сомнительный", "сомневаться" и в немецком die Zweifel (сомнение), так как сомневающийся – это тот, чей ум двойственен. Имеющий скрытую глубину и подсознательно мудрый, наш язык подтверждает открытия, сделанные мистиками, и провозглашает то, что все разделения в сущности своей плохи -случайные слова, в которых наш старый враг "два" может снова решительно появиться.

Можно отметить здесь то, что культ единства на политическом уровне – это всего лишь форма идолопоклонства, эрзац для религиозной идеи единства на персональном и духовном уровнях. Тоталитарные режимы оправдывают свое существование, обращаясь к понятиям философии политического монизма, согласно которому состояние Бога на земле – это унификация, утверждение единобразия под божественной пятой, что приводит к освобождению и что якобы все состояния такой унификации, пусть даже в сущности плохие, являются правильными и могут быть использованы без всякого сомнения. На практике такой политический монизм ведет к исключительным привилегиям и неограниченной власти небольшого числа людей за счет подавления всех остальных, к нарастанию недовольства внутри страны и к войнам во внешней политике. Но эти исключительные привилегии и власть удерживаются на гордости, жадности, тщеславии и жестокости, что имеет своим результатом страх и зависть; войны умножают ненависть, нищету и чувство безнадежности. Все эти негативные эмоции губительны для духовной жизни. Только чистота в сердце и простота, "нищета" духа может привести к объединяющему знанию Бога. Следовательно, попытки навязать обществу единство большее, чем то, на которое психологически готовы его индивидуальные члены, приводит к невозможности для этих индивидов реализовать свое единство с Первоосновой и другими индивидами.

Среди христиан и среди суфиев, к трактатам которых мы сейчас обращаемся, утверждается идея божественной сущности человеческого ума. Мое, Мне – это Бог, и не могу я признать никакого другого "Мне", кроме самого Бога моего.

Св. Екатерина Генуэзская

В тех отношениях, в которых душа не подобна Богу, она также не подобна и самой себе.

Св. Бернард

Я ходил от Бога к Богу, а они кричали мне: "О, ты – это Я!"

Байязид из Бистана

Две из тех историй, которые были записаны об этом суфийском святом, заслуживают того, чтобы привести их здесь.

"Когда Байязида спрашивали, сколько ему лет, он отвечал: "Четыре года". – "Как это может быть?" – спрашивали его. На это он отвечал: "Бог был скрыт от меня завесой мира семьдесят лет, а последние четыре года я вижу Его. То время, которое Бог был скрыт от меня, можно вычеркнуть из жизни". В другом случае некто начал стучать в дверь Байязида и спрашивать: "Байязид здесь?" Байязид ответил на это: "Есть ли здесь кто-либо кроме Бога?" Чтобы измерить душу, нам придется измерить Бога, поскольку Первооснова Бога и Первооснова души одна и та же.

Мейстер Экхарт

Дух в своей чистой, ничем не прикрытой природе обладает Богом, а Бог – духом.

Рейсбрук

Знающий и знание – едины. Это просто люди представляют себе, что они могут увидеть Бога так, как будто он стоит где-то там, а они -здесь. Но это не так. В знании – и Бог, и Я; мы – одно и то же.

Мейстер Экхарт

"Я живу, и даже не Я, а Христос во мне". Или, может быть, лучше было бы употребить глагол "проходящий" (через меня) и сказать так:

"Я живу, и даже не Я, а Логос, который живет посредством меня, живет во мне, так, как актер вживается в свою роль. В таком случае актер, конечно же, бесконечно превосходит ограниченность своей роли. Что же касается реальной жизни, то в ней не существует шекспировских героев, а есть лишь персонажи типа адиссоновского Като или, чаще, гротескные фигуры вроде мсье Перишона или "тетушки Чарли", которые полагают, что они – Юлии Цезари или Принцы Датские. Однако по милостивому Божьему соизволению такие литературные персонажи имеют право на то, чтобы их низкопробные глупые речи были произнесены и до неузнаваемости переиначены по божественному благоволению Гаррика... О, мой Бог, как могло случиться в этом бедном старом мире, что, хотя Ты так велик, никто не может найти Тебя; Ты зовешь к себе так громко, но никто не слышит Тебя; Ты столь близок, но никто не чувствует Тебя; Ты даешь себя каждому, но никто не знает Твоего имени? Люди бегут от Тебя и говорят при этом, что они не могут найти Тебя; они поворачиваются к Тебе спиной и говорят, что не могут увидеть Тебя; они закрывают свои уши и говорят при этом, что не могут услышать Тебя.

Ганс Денк

Между католическими мистиками XIV-XV века и квакерами XVII века лежит достаточно большой промежуток времени, заполненный междоусобными войнами и преследованиями. Но через эту пропасть был проложен мост с помощью тех людей, которых Руфус Джонс в единственной из доступных на английском языке работ, посвященной их жизням и учениям, назвал "духовными реформаторами". Денк, Франк, Кастеллио, Вейгель, Еверард, кембриджские платоники – среди злобы, убийств и безумия апостольская преемственность сохранилась ненарушенной. Истины, высказанные в Teologia Germanica – книге, которую Лютер признавал своей излюбленной и из которой, если мы попытаемся оценивать его карьеру, он почерпнул чрезвычайно мало, -потом снова были выражены англичанами во время Гражданской войны и при диктатуре Кромвеля. Мистическая традиция, увековеченная протестантскими духовными реформаторами, стала постепенно рассеиваться в религиозной атмосфере того времени, когда у Джорджа Фокса случилось его первое великое "раскрытие" и он познал непосредственный опыт и то, что представлено в следующем отрывке: Каждый человек был просветлен божественным светом Христа, и я видел сияние этого света во всем. И то, что, как мы верим, произошло из Осуждения и вошло в Свет Жизни, стало Детьми этого; но они ненавидят это и не верят в это, хотя они и создали веру Христову. Это я видел в чистом Раскрытии Света, без помощи кого-либо из людей, и я не знаю, где можно было бы найти это в Писании, даже после того, как я изучил Писания. И, тем не менее, я нашел это.

Из "Дневника" Фокса

Учение о внутреннем свете достигло наиболее чистого выражения во втором поколении квакеров. "Это, – писал Уильям Пенн, – то нечто, очень близкое нам, что Писание называет тем Словом в сердце, из которого возникли все Писания". Немного позже Роберт Барклэй пытался выразить свой непосредственный опыт "тат твам аси" ("ты есть То") в терминах теологии Августина, которые были, конечно, значительно расширены им в своих значениях и упорядочены, прежде чем они стали пригодными для описания этого факта. Человек, как провозгласил Барклэй в своих знаменитых тезисах, – это падшее существо, не способное ни к добру, ни к соединению с Божественным Светом. Божественный Свет – это Христос в человеческой душе, и этот свет столь же универсален, как и семена грехов. Все люди, как язычники, так и христиане, наделены этим Внутренним Светом, даже если они не знают ничего об истории жизни Христа. Это оправдание для тех из них, кто не сопротивляется Внутреннему Свету и позволяет святости родиться внутри себя. Божественности нет необходимости входить в душу – она и так всегда присутствует там, невоспринимаемая.

Theologia Germanica

"Когда десять тысяч вещей воспринимаются в их единстве, тогда мы возвращаемся к Первоистоку и остаемся там, где мы, в сущности, всегда были."

Сэн-цань

Это оттого, что мы не знаем, кем мы есть на самом деле, оттого, что мы не осознаем, что Царствие Небесное внутри нас, мы обычно ведем себя глупо, и часто безумно, иногда преступно, – и это так характерно для человека. Мы спасены, мы освобождены и просветлены восприятием и пониманием того добра, которое всегда внутри нас, которое до сих пор было не воспринято и не понято; просветлены возвращением к нашей вечной Первооснове, чтобы остаться там, пусть даже без познания этой Первоосновы. Это имел в виду Платон, когда он говорил в "Республике", что "добродетель мудрости в большей мере, чем что-либо иное, содержит в себе божественное начало, которое всегда пребывает там". И в "Федре" он отмечал, выступая против тех, кто практиковал духовную религию, что, только став подобным Богу, мы сможем узнать Бога; а стать подобным' Богу – это значит отождествить самих себя с божественным началом, которое и составляет нашу сущностную природу и которое мы, по причине нашего неведения, часто предпочитаем не осознавать. На пути к истине находятся те, кто предчувствует Бога через понимание Божественного, Света светов.

Филон Александрийский

Филон был представителем эллинистической религии мистерий, которая возникла, как пишет профессор Гуденаф, среди иудеев во время их рассеивания по миру, между II веком до н.э. и I веком н.э. Интерпретируя по-новому Пятикнижие в терминах метафизической системы, происходящей из платонизма, неопифагореизма и стоицизма, Филон трансформировал полностью трансцендентного и едва ли не антропоморфного личного ветхозаветного Бога в имманентно-трансцендентный Абсолютный Ум Вечной Философии. Но в равной мере в ортодоксальных писаниях и учении фарисеев, ревнителей Закона этого важного века, которые еще до распространения учения Филона были свидетелями возникновения первых начал христианства и разрушения иерусалимского храма, мы находим многозначительные мистические высказывания. Хиллель, великий раввин, учивший о милосердии и любви Бога к человеку, был, видимо, знаком с каким-то текстом типа ранней, необработанной версии евангельских проповедей, поскольку он, как сообщается, произносил подобные слова на собрании храма. "Если бы Я был здесь (имеется в виду Иегова, говорящий устами своего пророка), то каждый был бы здесь. Если Я не здесь, то никто не здесь". Возлюбленный является всем во всем; любящий лишь скрывает Его завесой; Возлюбленный – это все то, что живет, а любящий – это мертвая вещь.

Джелалэддин Руми

Это – дух в душе, не затрагиваемый ни временем, ни плотью, исходящий из Всеобщего Духа и в то же время остающийся полностью в этом Духе, сам будучи полностью духовным. В этом и есть Бог, всегда зеленеющий, всегда расцветающий во всякой радости и славе Его подлинной Сущности. Иногда я называл этот принцип сосудом, храмом души, иногда – духовным светом, который я вижу как Искру. Но сейчас говорю, что он более возвышен, чем все это, настолько же, как и небеса возвышены над землей. И сейчас я называю это более достойным образом... Это свободно от всех имен и от всех форм. Оно едино, оно просто и несложно, так же как Бог един и прост, но нет такого человека, сколь бы мудр он ни был, который бы мог увидеть это."

Мейстер Экхарт

Какие-то незавершенные формулировки некоторых доктрин Вечной Философии могут быть найдены и в учениях нецивилизованных и так называемых примитивных народов по всему миру. Например, у маори каждое человеческое существо считается состоящим из четырех элементов – вечного божественного принципа, называемого тойора; Эго, которое исчезает со смертью; духа-тени, или психэ, которое переживает смерть, и, наконец, тела. Среди индейцев огала божественное начало в человеке называется сикан, и оно тождественно тому, что называется словом тон, божественной сущностью мира. Другие элементы, из которых состоит человек, – это наги, личность, и нийя, витальная душа. После смерти сикан воссоединяется с божественной Первоосновой всех вещей, наги остается жить в мире духов, мире психических феноменов, а нийя исчезает в материальной Вселенной.

Можем ли мы исключить влияние или заимствование со стороны некой высшей культуры по отношению к "примитивной" культуре XX века? Следовательно, у нас нет никакого права спорить с прошлым с точки зрения настоящего. Хотя многие современные "дикари" имеют эзотерическую философию, являющуюся монотеистической, основанную на все том же утверждении "Ты – это ОНО", мы не имеет права делать скоропостижные выводы о том, что человек эпохи неолита или палеолита владел подобными же воззрениями.

Более законным и более, в сущности, правдоподобным будет вывод, сделанный из того, что мы знаем о нашей собственной физиологии и психологии. Мы знаем, что ум человека способен на все – от крайней глупости до квантовой теории, от "Майн Кампф" Гитлера и садизма до святости Филиппа Нери, от метафизики до решения кроссвордов и политики с позиции силы. Мы знаем и то, что человеческий ум определенным образом ассоциируется с человеческим мозгом, и у нас есть все основания предполагать, что в человеческом мозге не происходило принципиальных изменений за последние много тысяч лет. Следовательно, можно сделать вывод, что в прошлом человеческий ум был способен на ту же степень активности, что и в настоящее время.

Можно, конечно, с уверенностью сказать, что в настоящее время есть такие формы умственной деятельности, которых никогда не было в прошлом. Для такого утверждения есть вполне очевидные причины. Некоторые мысли просто невозможно выразить в терминах соответствующего языка и в пределах границ соответствующей классификации. Там, где эти необходимые инструменты для выражения не существуют, мысли не выражаются в виде вопросов и не возникают в уме. Но это не все: побуждение, мотивация к развитию инструментов некоторых форм мышления принадлежит не только настоящему времени. На протяжении длительных периодов истории и предыстории можно видеть, что люди, и мужчины и женщины, оказывались способными делать это, просто не желая уделять внимание тем проблемам, которые их потомкам представляются столь интересными. Например, нет оснований предполагать, что между XIII веком и XX человеческий ум претерпел какие-либо эволюционные изменения, сравнимые, скажем, с изменением устройства ноги лошади на протяжении несравненно более длительного периода геологического времени. Что же такое произошло, что перевело внимание людей с одних аспектов реальности на некоторые другие? Результатом этого, помимо прочего, явилось развитие естественных наук. Наше восприятие и наше понимание в достаточно широких масштабах управляется нашей волей. Мы осознаем те или иные вещи и думаем о них, мы желаем видеть и понимать те или иные вещи. Там, где есть воля, – это всегда интеллектуальный путь. Способности человеческого ума необычайно велики. Что бы мы ни захотели сделать – будь то желание достичь объединяющего знания Божественного или желание изготовить самовращающийся рассекатель пламени, – все это мы способны сделать, всегда добиваясь того, что сделанное оказывается достаточно эффективным и прочным. Понятно, что многие из тех вещей, на которые обратили внимание современные люди, игнорировались их предшественниками. Соответственно, даже сама идея о том, чтобы ясно и плодотворно думать об этих вещах, оставалась неотчетливой не только в доисторические времена, но и до самого начала современной эпохи.

Отсутствие подходящих терминов и даже просто адекватного упоминания об этом, а кроме того, отсутствие самого желания открыть эти необходимые инструменты мышления – вот две основные причины, по которым бесконечные возможности человеческого ума остались непроявленными на протяжении столь долгого периода времени. Иная, на своем уровне эквивалентная, причина состояла в том, что большинство из наиболее оригинальных и плодотворных в мире мыслителей были физически немощны либо имели непрактический склад ума. Поскольку это так и было и поскольку ценность чистой мысли, аналитической или интегрирующей, везде была в большей или меньшей мере со всей отчетливостью признана, то все достаточно цивилизованные общества обеспечивали мыслителям определенную защиту от обычной напряженности и стрессов социального бытия. Убежище отшельника, монастырь, колледж, академия, исследовательская лаборатория, нищенская чаша, покровительство богатых и современные гранты – это те меры, которые предпринимались, чтобы сохранить эту редкостную птицу – религиозное, философское, художественное или научное созерцание. Во многих первобытных обществах условия жизни были тяжелыми и ни о каком излишке богатства говорить не приходилось. Зарождение созерцательного ума имело своей лицевой стороной борьбу за существование и социальное самоутверждение без всякой протекции. Результатом в большинстве случаев было то, что такой индивид либо погибал в раннем возрасте, либо был настолько поглощен тем, чтобы просто остаться в живых, что у него не оставалось возможности обращать внимание на что-либо иное. Когда же это случалось, то преобладала философия грубого и жесткого, экстравертированного человека действия.

Все это проливает некоторый свет – достаточно слабый, правда, – на проблему вечности Вечной Философии. В Индии писания почитались не как откровение, данное в тот или иной момент истории, а как вечное божественное послание, существующее незыблемо столько же времени, сколько существует сам человек или даже вообще все телесные или бестелесные существа, обладающие рассудком. Такая же точка зрения высказывалась Аристотелем, который считал фундаментальные религиозные истины непреходящими и неразрушимыми. Были взлеты и падения, периоды (буквально: "идущие по кругу дороги", или циклы) прогресса и регресса, но великий факт существования Бога как того, кто придал Первое Движение Вселенной, которая сама является частью Его божественного начала, – этот факт мы обнаруживаем всегда. Что мы знаем о доисторическом человеке (и что мы можем знать о нем, если от него не осталось ничего, кроме каменных орудий, нескольких рисунков, изображений и скульптур), если все наши выводы о нем были сделаны на основе других, более документированных областей знания? И что мы думаем об этих традиционных учениях? Мы знаем, что возникновение созерцательности как в области аналитической, так и интегральной мысли происходило достаточно часто у отдельных людей на всем протяжении истории. Поэтому есть все основания полагать, что это же происходило и в доисторические времена. Многие из таких людей умерли в раннем возрасте или были не способны проявить свои таланты. Но некоторые из них все же выжили. В этом контексте весьма замечательно то, что среди многих современных приверженцев "первобытного" можно найти два паттерна мысли: экзотерический для нефилософского большинства и эзотерический (он часто монотеистичен, с верой в Бога не только как в силу, но как в доброту и мудрость) для посвященных. И нет никаких оснований полагать, что для доисторического человека обстоятельства были более тяжелыми, чем для многих современных дикарей. Но если эзотерический монотеизм того рода, который, естественно, приводит к рождению мыслителя, возможен в современных первобытных обществах, большинство из членов которых принимают политеистическую философию, приводящую, разумеется, к появлению человека действия, то подобные эзотерические доктрины могли существовать и в доисторических обществах. Современные эзотерические учения являются производными высокоразвитых культур. Но остается тот характерный и многозначительный факт, что, несмотря на такое свое происхождение, эти эзотерические доктрины могут иметь значение и для некоторых членов примитивного общества, и они считаются настолько ценными, что заботливо сохраняются. Мы можем видеть, что многие идеи оказываются немыслимыми вне соответствующего языка и контекста. Но фундаментальные идеи Вечной Философии могут быть сформулированы достаточно простыми словами, и переживание этих идей действительно может происходить мгновенно, независимо ни от какого языка. Необычайные открытия и божественное вдохновение приходит иногда к маленьким детям, часто оказывая на них глубокое и надолго сохраняющееся впечатление. У нас нет оснований полагать, что если это происходит сейчас с детьми, имеющими ограниченный словарный запас, то этого не могло происходить в древности. В современном мире (как говорили нам, помимо прочих, Вогэн, Трехерн и Вордсворт) ребенок имеет тенденцию роста за пределы своего непосредственного осознания по направлению к Первооснове вещей; а преобладание аналитического мышления оказывается фатальным как для интуитивного и интегрального мышления, так и для "парапсихического" и духовного уровней. Погруженность в "парапсихическое" может быть – и часто является – основным препятствием на пути подлинной духовности. В первобытных обществах сегодня (и, предположительно, в отдаленном прошлом) именно с этим в основном связывалась способность к "парапсихическому" образу мысли. Но некоторые люди могут вырабатывать свои пути через области "парапсихического" к подлинному духовному опыту, так же как и в современном индустриальном обществе некоторые люди находят свои пути через преобладающую озабоченность материальными проблемами и через приверженность к аналитическому мышлению, к непосредственному переживанию духовной Первоосновы всех вещей.

Таковы вкратце причины, по которым мы можем предполагать, что исторические традиции (как восточные, так и нашей классической древности) могут быть истинными. Интересно, что один из выдающихся современных этнологов оказывается в согласии с Аристотелем и ведантистами. "Ортодоксальная этнология, – писал д-р Пол Радин в своей книге "Первобытный человек как. философ", – была не чем иным, как основанной на энтузиазме некритической попыткой применить теорию эволюции Дарвина к фактам социального опыта". Далее он добавляет, что "в этнологии не будет достигнут прогресс до тех пор, пока исследователи не избавят наконец себя самих и всех остальных от странного представления, что все обладает историей; до тех пор, пока они не поймут, что определенные идеи и понятия являются предельными для человека как социального существа, так же как специфические физиологические реакции являются предельными для него как для биологического существа". Среди этих предельных понятий, по мнению д-ра Радина, находится и монотеизм, так как монотеизм часто является не более чем признанием некой одной скрытой и ноуменальной Силы, которая правит миром. Но иногда монотеизм может быть действительно этическим и духовным.

Историческая мания XIX века и его пророческий утопизм имели тенденцию – даже в случае наиболее проницательных мыслителей -закрывать глаза на вневременный факт вечности. Так, в трудах Т. Грина (Т.-Н. Green), посвященных мистическому единству, мы находим мысль, что оно является эволюционным процессом и, как видно из очевидных доказательств, тем состоянием, которое человек всегда имел способность достигать. "Организм животного, имеющий свою историю во времени, постепенно становился носителем извечно полного сознания, которое само по себе не могло бы иметь истории, но история стала тем процессом, в котором организм животного стал носителем этого сознания". Однако в действительности это справедливо только по отношению к периферическому знанию, которое в самом деле было следствием исторического развития. Без большого периода времени и большого накопления умений и сведений, оно могло бы быть лишь неполным, несовершенным знанием о только лишь материальном мире. Но непосредственное осознание "извечно полного сознания", которое составляет основу материального мира, является возможностью, случайно проявленной в отдельных человеческих существах на почти любой из стадий их собственного индивидуального развития, от детства до старости, и в любой период истории человечества.


*   *   *
Тот, кто практикует самораскрытие, знает о бесконечно простирающемся вселенском милосердии. Ему дается освобождение от всеподавляющих требовании Эго. И любовь Бога расцветает на этой почве.

Парамахамса Йогананда, "Автобиография йога"

Нет никакой ценности заниматься обсуждениями того, является ли какой-то один Путь лучше, чем другой; каждый человек, который вступает на Путь, соответствующий его характеру, и следует ему с полным усердием и искренностью, выполняет цель своего воплощения.

Рэйнор Джонсон, "Великолепие, заключенное в тюрьму"

Шаг для перехода от уровня ищущего ума к постижению Бога с помощью созерцания может быть очень легким, но это остается величайшим достижением на уровне материальности и действия. Действительно, не может быть полного просветления до тех пор, пока оно не будет найдено и сохранено на каждом из уровней сознания.

Рэйнор Джонсон, "Великолепие, заключенное в тюрьму"



<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>
Просмотров: 607
Категория: Библиотека » Учения


Другие новости по теме:

  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 5 СОВЕРШЕННО НЕИЗМЕРИМОЕ Несколько лет назад мне
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 12 ЦВЕТОК ОТКРЫВАЕТСЯ В жизни бывают моменты,
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 11 ИСТОЧНИКИ ОТКРОВЕНИЯ Символы могут оказывать глубокое
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 16 ЧЕМ МЫ ЖИВЫ У Толстого есть
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 8 ВОЛШЕБНАЯ ЛАМПА В период моего обучения
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 4 МНОЖЕСТВО ОБИТАТЕЛЕЙ Одно из самых вредных
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Введение УВИДЕТЬ ЦЕЛОЕ Человеку, который много лет искал
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 1 СОСРЕДОТОЧЕНИЕ С помощью психологических упражнений, приведенных
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 2 ОТБЛЕСКИ ДАЛЕКОГО МИРА Бессознательное по определению
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 3 КАРТЫ Прежде чем идти дальше, давайте
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 10 ШКОЛА ЖИЗНИ Поскольку мир не приспосабливается
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 9 УМ ОСТРЫЙ И ЖИВОЙ Наши мысли
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 7 ТИГРЫ ГНЕВА Повсюду на нашей планете
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 6 ВОЛЯ Воля, при надлежащем к ней
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 13 ЛУЧШИЙ ПСИХОТЕРАПЕВТ По одной восточной легенде,
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 15 ВАША ЖИЗНЬ, ВАШЕ ТВОРЕНЬЕ Гусеница становится
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 14 ПАТОЛОГИЯ ВЫСОТ Это может показаться странным,
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 17 ПРЕКРАСНОЕ Наше истинное существо прекрасно. Нам
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 19 БЕСКОНЕЧНОСТЬ Стул, на котором вы сейчас
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 20 ТИШИНА На протяжении столетий внутренняя тишина
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Эпилог Под конец я хотел бы привести еще
  • П. Феруччи. КЕМ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ | Глава 18 СИНТЕЗ Гармоничное единство противоположностей 150 этосостояние,
  • К. Армстронг. ИСТОРИЯ БОГА | Примечания 1 См.: Mircea Eliade, The Myth of
  • К. Армстронг. ИСТОРИЯ БОГА | Словарь АВАТАР инд. В индийской мифологии 150 сошедший
  • К. Армстронг. ИСТОРИЯ БОГА | ОГЛАВЛЕHИЕ 2 ЕДИНЫЙ БОГ В 743 г. до
  • К. Армстронг. ИСТОРИЯ БОГА | ОГЛАВЛЕHИЕ 1 В НАЧАЛЕ... В начале сотворили люди
  • К. Армстронг. ИСТОРИЯ БОГА | ОГЛАВЛЕHИЕ Предисловие В детстве у меня были стойкие
  • К. Армстронг. ИСТОРИЯ БОГА | ОГЛАВЛЕHИЕ 8 БОГ РЕФОРМАТОРОВ Пятнадцатое и шестнадцатое столетия
  • К. Армстронг. ИСТОРИЯ БОГА | ОГЛАВЛЕHИЕ 3 СВЕТ ЯЗЫЧНИКАМ В ту пору, когда
  • К. Армстронг. ИСТОРИЯ БОГА | ОГЛАВЛЕHИЕ 11 ДА ЗДРАВСТВУЕТ БОГ К концу второго



  • ---
    Разместите, пожалуйста, ссылку на эту страницу на своём веб-сайте:

    Код для вставки на сайт или в блог:       
    Код для вставки в форум (BBCode):       
    Прямая ссылка на эту публикацию:       





    Данный материал НЕ НАРУШАЕТ авторские права никаких физических или юридических лиц.
    Если это не так - свяжитесь с администрацией сайта.
    Материал будет немедленно удален.
    Электронная версия этой публикации предоставляется только в ознакомительных целях.
    Для дальнейшего её использования Вам необходимо будет
    приобрести бумажный (электронный, аудио) вариант у правообладателей.

    На сайте «Глубинная психология: учения и методики» представлены статьи, направления, методики по психологии, психоанализу, психотерапии, психодиагностике, судьбоанализу, психологическому консультированию; игры и упражнения для тренингов; биографии великих людей; притчи и сказки; пословицы и поговорки; а также словари и энциклопедии по психологии, медицине, философии, социологии, религии, педагогике. Все книги (аудиокниги), находящиеся на нашем сайте, Вы можете скачать бесплатно без всяких платных смс и даже без регистрации. Все словарные статьи и труды великих авторов можно читать онлайн.







    Locations of visitors to this page



          <НА ГЛАВНУЮ>      Обратная связь