Загрузка...

Е. А. Тоpчинов. ПУТИ ФИЛОСОФИИ ВОСТОКА И ЗАПАДА: ПОЗНАНИЕ ЗАПРЕДЕЛЬНОГО

- Оглавление -


<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>




Глава 2

МИР ЧЕЛОВЕКА – МИР ИСТОРИИ


ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ВРЕМЕНИ. КОСМОЛОГИЧЕСКИЙ КОНТЕКСТ

Как показал известный историк традиционной китайской науки Н.Сивин, китайский календарь, основы которого сформировались в ханьскую эпоху – во II-I вв. до н.э., представлял собой систему сплетенных между собой колесиков-циклов. Длительность таких циклов определялась вычислением наименьших общих кратных, в соответствии с которыми строились большие циклы, приводившие в движение меньшие. Вся система объединялась "циклом великого года", и он, словно гигантское колесо, вращал подсистемы из бесчисленных меньших колес20.

Последний, самый общий, цикл определял все известные древним китайцам пять планет (космологически соотносимых с пятью первоэлементами) в одну систему. В календарную систему она входила как подсистема. В планетарный цикл входили:

  1. Цикл "великого парада планет", равный 138 240 годам;

  2. Великий год (тай суй; так же называлась некая невидимая планета "противоюпитер", игравшая важную роль в календарных расчетах), состоявший из 2626560 лет, или 5120 циклов "месяца совпадения, или 19 циклов "великого парада планет";

  3. Главная эпоха Великого Предела, насчитывающая 23639040 лет, или 171 цикл "великого парада планет". Это максимальная константа, которая делится на все остальные. Календарный смысл выделения этой эпохи состоит в том, что в ее начале, в полночь первого дня первого года китайского века – шестидесятилетнего цикла, происходило одновременно новолуние и зимнее солнцестояние (таким днем и было 24 декабря 104 г. до н.э., когда император У-ди своим указом ввел новый календарь), причем Солнце, Луна и пять планет находились на одной линии, как "жемчужина на нитке ожерелья".

Все эти календарные построения приводятся здесь для указания на особенность китайского временного циклизма – повторяются временные циклы (видимо, предполагалось, что каждые 23639040 лет повторяется одно и то же мгновение времени), но это никак не связано с идеей космических циклов: космос как бы существует линейно, не разрушаясь и не воссоздаваясь вновь в конце каждого временного цикла.

Даже заимствование даосизмом и неоконфуцианством (с XI в.) из буддизма учения о циклах-кальпах не привело к корректировке представлений об историческом времени, которые уже давно сложились и были освящены всеми мыслимыми для китайской традиции авторитетами. Да и этот китайский космический цикл оказался по своей протяженности гораздо скромнее индийских циклов: его длительность определялась в 129600 лет (это квадрат 360 – редуцированное число дней в году – космический цикл как бы образует "большой год", каждый календарный год которого представляет собой его "день")21.

Перейдем теперь к пониманию китайской культурой исторического времени.

В имперский период, то есть начиная с III в. до н.э., когда и складывается традиционное китайское историописание, исторический процесс рассматривался как чередование сменяющих друг друга династийных циклов (о структуре цикла будет сказано ниже), причем каждый цикл управлялся одним из первоэлементов (то есть императорская династия как бы правила силой одного из первоэлементов). Таким образом, общая схема исторического процесса по китайским источникам может рассматриваться как сочетание линейности и циклизма: циклы правления династий сменяют друг друга в линейной последовательности.

В этом процессе первоэлементы сменяют друг друга в порядке взаимопреодоления (сян кэ): дерево преодолевается металлом, металл преодолевается огнем, огонь преодолевается водой, вода преодолевается землей, земля преодолевается деревом и т.д.

Иногда эта символика первоэлементов приобретала вполне конкретные исторические воплощения. Так, возникшее в начале XVII в. маньчжурское государство первоначально называлось Цзинь ("Золотое", но этим же иероглифом обозначается первоэлемент "металл") – как в честь чжурчжэньской империи XII в. Цзинь (чжурчжэни были предками маньчжур), так и по родовому имени маньчжурских государей – Айсинь Гиоро (айсинь по-маньчжурски – "золото"). Вскоре начинаются пограничные столкновения между маньчжурами и китайской империей Мин, что заставило маньчжур задуматься о названии своего государства: династия Мин (1368-1644) правила под эгидой первоэлемента "огонь" (символический цвет – красный), а фамильным именем минских императоров было имя Чжу, что означает киноварно-красный (опять же огненный) цвет. По системе же взаимопреодоления огонь преодолевает металл, то есть огонь Мин должен растопить золото (металл) Цзинь. В 1637 г. маньчжурский император проводит церемонию изменения названия государства, которое отныне получает название Цин ("светлое", "ясное", "чистое"). А в иероглиф "цин" входит классификатор ("ключ") "вода": теперь положение меняется, вода Цин должна залить огонь Мин. Неизвестно, подействовала ли эта магия переименования, но в 1644 г. маньчжурские войска заняли Пекин и их малолетний император стал императором Китая под девизом правления Шунь-чжи. Маньчжурская династия Цин правила Китаем до 1911 г. и потеряла престол в результате Синьхайской революции, вожди которой провозгласили Китайскую Республику.

ТЕОРИЯ НЕБЕСНОГО МАНДАТА (ТЯНЬ МИН)

Представления традиционной китайской историографии об историческом процессе были еще в древности выражены фразой: "Принцип чередования расцвета и упадка есть не что иное, как Веление Неба" (шэн шуай чжи ли суй эр тянь мин е). Та же самая мысль другими словами выражена в первых фразах знаменитого романа Ло Гуаньчжуна (XIV в.) "Троецарствие": "Объединившись, Поднебесная распадается, а после распада вновь воссоединяется". Надо сказать, что здесь китайский исторический циклизм имел прочную эмпирическую основу. Действительно, как правило, после правления в течение 200-300 лет общекитайской династии следовал период "распадения великих сил Поднебесной" (иногда очень длительный, как в III-VI вв., иногда на несколько десятилетий, как в Х. в.), после чего страна объединялась под властью новой императорской династии. Даже свержение монархии в Китае в 1911 г. привело к фактическому распаду страны на Север и Юг, причем Север оказался во власти соперничавших и воюющих друг с другом милитаристских группировок, и только в 1927 г. Гоминьдан окончательно установил контроль над всей территорией Китайской Республики.

Две концепции объясняли необходимость смены династий и распада-воссоединения империи – теория "тела династии" (о ней ниже) и конфуцианская концепция Небесного Мандата (тянь мин). Само происхождение термина "Небесный Мандат" связано с одним историческим, но мифологизированным событием древнекитайской истории – походом чжоуского правителя У-вана против своего сюзерена, царя государства Шан-Инь – Чжоу Синя (рубеж XII-XI вв. до н.э.). Чтобы объяснить нарушение принципа преданности и верности (вассал выступил против сюзерена), создали теорию, согласно которой Небо как высшая, но безличная сила Вселенной лишило Чжоу Синя – жестокого и коварного тирана и развратника – права на царствование (своего мандата или веления – мин) и передало его добродетельному чжоускому У-вану. Но если первоначально это изменение воли Неба рассматривалось как единичный факт, маркирующий прасобытие истории чжоуского Китая, позднее конфуцианцы придали ему характер правила.

Впервые теория "изменения Небесного Мандата" (гэ мин; в современном китайском языке это слово имеет значение "революция") была кратко сформулирована крупнейшим конфуцианцем древности Мэн-цзы, получившим в традиции почетный титул я шэн – "уступающий только совершенному мудрецу" (имеется в виду Конфуций). Беседуя с правителем одного из китайских царств, Мэн-цзы заявил, что "истинного монарха" нельзя свергнуть и тем более убить. Когда же удивленный правитель начал приводить ему исторические примеры, Мэн-цзы объяснил, что все названные им личности не были подлинными монархами. Они были узурпаторами, незаконно, то есть без санкции Неба, занимавшими престол – "ничтожными людишками" (сяо жэнь), притворившимися царями. Поэтому, заключает Мэн-цзы, Небо может лишить недостойного государя своего мандата, права на царствование и заменить его другим, достойнейшим человеком в Поднебесной, к которому устремится народ, что и будет знаком благоволения к нему Неба (по хорошо известному в Европе принципу "vox populi – vox Dei" – "Глас народа – глас Божий"). Эта передача права на царствование и называется гэ мин – "смена Мандата".

В течение достаточно длительного времени после Мэн-цзы теория смены Мандата оставалась на относительной периферии политической и исторической мысли22, однако во время узурпации государственной власти Ван Маном (7-25 н.э.) она была востребована и с тех пор уже всегда оставалась в центре внимания. Использовалась эта доктрина прежде всего для легитимации прихода к власти новой династии и в качестве основной и опорной идеи официальных династийных историй, авторы которых должны были показать, как постепенно вырождается правящий дом предыдущей династии, теряя Мандат Неба, по заслугам переходящий к "совершенномудрому" основателю новой династии.

ДИНАСТИЙНЫЙ ЦИКЛ И ТЕЛО ДИНАСТИИ

Династийный цикл, по китайским представлениям, подчинялся некоторым закономерностям.

  1. Основатель династии. Предполагалось, что основателем династии (а следовательно, и обладателем Мандата Неба) мог быть только совершенный мудрец, наделенный всеми мыслимыми добродетелями (соответственно, все династийные истории идеализировали образ основателя). В течение многих поколений его предки занимались стяжанием благой силы-Дэ, некоей маны, благой энергии Неба и Земли, пестующей все сущее. Личность основателя – носитель огромного количества этой маны, что, собственно, и наделяет его возможностью стать обладателем Мандата Неба. Вступив на престол, основатель начинал испускать свою ману-Дэ во все четыре стороны света, выполняя таким образом функцию упорядочивающего Вселенную миродержавного монарха. Одновременно своим запасом маны (силы-Дэ) император-основатель формировал "тело династии"23.

  2. Тело династии. Мана-Дэ основателя династии формирует ее "тело": династия правит Поднебесной, пока это тело существует, то есть пока династия продолжает обладать маной. А это зависит от поведения преемников основателя, которые добродетельным правлением могут приумножать Дэ, могут поддерживать баланс благой силы, а могут тратить, "проедать" ее, если их поведение недостойно их сана. Таких в конце концов оказывается большинство, в результате мана истощается и последний представитель династии лишается Небесного Мандата – его получает за свои добродетели основатель новой династии. Если такого на данный момент не имеется, "великие силы Поднебесной" распадаются и единая империя заменяется периодом раздробленности на более или менее длительный срок. Авторы династийных историй даже будут заниматься подсчетами, сколько "хороших", "нейтральных" и "плохих" императоров было в предыдущей династии. Такова общая схема цикла. Но ее модель у китайских историографов на самом деле была более сложной. В частности, они ввели в свои историософские построения понятие чжун айн – "возрождение в середине"24.

"Возрождение в середине" – это как бы обновление Небесного Мандата, которое может иметь место в период крайнего упадка правления благодаря героическим усилиям по умножению маны-Дэ добродетельным правителем, вступившим на престол. В результате происходит стабилизация династии и продление срока нахождения ее у власти. Интересно, что теория чжун син основывалась на исторических фактах преодоления династийного кризиса. Такие "возрождения в середине" имели место:

  1. В 27 г. н.э., когда после узурпации власти Ван Маном произошла реставрация династии Хань (Поздняя, или Восточная, Хань, 27-220).

  2. В 755-756 гг., когда танским императорам удалось подавить мятеж полководца Ань Лу-шаня и стабилизировать погружавшуюся в хаос империю, продержавшуюся до 907 г.

  3. В 1127 г., когда благодаря бегству на юг династия Сун сохранила свою власть над Южным Китаем до монгольского завоевания 1279 г. (север был завоеван чжурчжэнями).

  4. В 1861-1875 гг., когда в правление малолетнего императора Тун-чжи Китай смог оправиться от ударов, нанесенных ему Второй Опиумной войной, и от англо-французской оккупации Пекина, а также от последствий охватившей в то же время юг страны крестьянской войны тайпинов; в это же время начинается медленный и противоречивый процесс модернизации и технического перевооружения Китая. Теория чжун син придает геометрическому образу династийного цикла как бы некоторую "синусоидальность".

Надо отметить, что начало правления новой династии действительно почти всегда было отмечено экономическим подъемом и расцветом; обычно это можно объяснить эффектом объединения страны и прекращением всевозможных смут и междоусобиц, положивших конец правлению предыдущей династии25. Кроме того, политические реформы, проводившиеся новой династией, всегда способствовали повышению эффективности деятельности государственного аппарата и искоренению таких зол конца династийного цикла, как коррупция и произвол чиновников на местах26.

ОФИЦИАЛЬНОЕ ИСТОРИОПИСАНИЕ В ИМПЕРСКОМ КИТАЕ. ДИНАСТИЙНЫЕ ИСТОРИИ

После "Истории Хань" Бань Гу написание истории предыдущей династии в начале правления следующей стало не только правилом, но и важным государственным делом. Эта традиция продолжалась до первой половины XX в., когда после свержения монархии был написан "Проект истории династии Цин" ("Цин ши гао")27. Об объективности авторов династийных историй (а ими часто были крупнейшие историки и литераторы своей эпохи)28 говорить трудно – истории писались с учетом политических оценок и задач времени их написания по достаточно жесткой схеме, но это ни в коей мере не мешает им быть важнейшими источниками для изучения истории Китая, содержащими огромнейший и бесценный фактический материал. Собственно, писались династийные истории большой комиссией, в которую входили ученые, назначенные императором, но автором обычно считается председатель комиссии; после завершения работы написанный текст поступал на высочайшее утверждение, после чего и становился свершившимся фактом традиционной китайской историографии. Кроме официальных существовали и неофициальные исторические сочинения, которые назывались "внешними" (вай) или "особыми" (бе) историческими сочинениями; их авторы порой достаточно далеко отходили от официальной интерпретации тех или иных событий, и их точка зрения, конечно, должна учитываться современным историком Китая (прежде всего для коррекции официальной трактовки событий и персоналий), что не отменяет первостепенной ценности в качестве источника именно династийных историй.

Как уже говорилось, в основе идеологии династийных историй лежали идеологемы "смены Небесного Мандата" и "тела династии", что обусловливало и цель написания этих сочинений – обоснование закономерности падения предыдущей династии и прихода к власти династии царствующей29. Структура официальных историй тоже была достаточно жесткой, хотя отдельные разделы могли заменяться другими, разделов могло быть больше или меньше, но общая схема текста от этого не менялась. Вот принципиально важные разделы династийных историй: 1) Основные анналы (бэнь цзи) – хроника событий; 2) Трактаты (чжи); трактаты давали общую характеристику основным аспектам экономической, научной и культурной жизни Китая эпохи описываемой династии, например, "Трактат об астрономии и календарях", "Трактат о музыке", "Трактат о финансах и товарах", "Трактат об изящной словесности", "Трактат о землеописании" и др.; 3) Жизнеописания императриц и наложниц (хоу-фэй чжуань); иногда могли выделиться жизнеописания членов императорской семьи; 4) Отдельные жизнеописания (ле чжуань) – биографические трактаты, посвященные личностям, так или иначе прославившимся (со знаком плюс или минус) в правление данной династии.

По объему династийные истории – огромные сочинения: даже составленная под редакцией Шэнь Юэ история эфемерной династии (Лю) Сун, правившей в течение пятидесяти девяти лет (420-479), представляет собой в современном издании семь томов (правда, сравнительно небольшого формата). Всего насчитывается двадцать четыре династийные истории, которые постоянно переиздаются в Китае и в наше время.

ИСТОРИЯ КАК РЕГРЕСС. ИСТОРИОСОФСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ ШАО ЮНА

Наряду с концепцией династийных циклов существовала и еще одна, более древняя, модель описания исторического процесса, продолжавшая и позднее сосуществовать с циклической моделью. Эту древнюю модель можно назвать линейно-регрессивной.

Хорошо известно, что большинство китайских философских учений (прежде всего конфуцианство и даосизм) относили эпоху золотого века в некую глубокую древность или прадревность. Но если для даосов это была еще догосударственная эпоха простоты и жизни в полном единении с природой, то для конфуцианцев это было квазиисторическое время правления совершенномудрых государей Яо, Шуня и Юя (последний считается основателем династии Ся, которую современная китайская наука признает исторической – от рубежа III-II тыс. до н.э. до середины II тыс. до н.э.). Близки к стандартам этих совершенномудрых государей и такие идеализированные конфуцианством исторические личности, как чжоуские У-ван и его сын Вэнь-ван (XII-XI вв. до н.э.). Позднее мир постепенно погрузился в смуту и государи утратили понимание великого Дао-Пути совершенномудрых монархов древности. Знатоками этого Дао и считали себя конфуцианцы.

В главе "Ли юнь" конфуцианского канонического текста "Записи о ритуале" ("Ли цзи") описывается порядок деградации человечества: от эпохи Великого Единения (да тун) люди перешли к эпохе Великого Процветания (тай кан), затем – Малого Процветания (сяо кан), после чего настало время смуты (луань). Конфуцианские реформаторы – либералы конца XIX в. (прежде всего Кан Ювэй) использовали это учение в рамках новой прогрессистской модели: в результате реформ, говорили они, человечество сможет пройти те же этапы в обратном порядке и вернуться к состоянию Великого Единения (Кан Ювэй считал, что современные ему Европа и Америка уже вступили в эпоху Малого, а то и Великого, Процветания)30. Но классическое конфуцианство смотрело на такую перспективу достаточно пессимистически. Добавим, что известный историк китайской науки и цивилизации Дж.Нидэм видел в регрессивной модели зачаток представления о линейности времени31. Но в любом случае в имперскую эпоху данная регрессивная модель оказалась вписана в циклическую. И самым ярким представителем этого синтеза двух историософских моделей стал сунский конфуцианский мыслитель Шао Юн, оказавший мощное влияние на формирование неоконфуцианской философии.

Шао Юн (1011-1077) ввел в китайскую философию заимствованную из буддизма доктрину космических циклов, использовав, однако, для обозначения циклов не слово "кальпа" (кит. цзе), а восходящее к "Канону Перемен" ("И цзин") слово юань (досл.: "начало"). Этот космический цикл был разделен Шао Юном на меньшие отрезки, которые он назвал "годом" (нянь), "эпохой" (ши), "поворотом" (юнь) и "совокупностью" (хуэй). Их соотношение таково: в каждом космическом цикле (юань) двенадцать "совокупностей", в каждой "совокупности" тридцать "поворотов", в каждом "повороте" – двенадцать "эпох", в каждой "эпохе" – тридцать "лет". Продолжительность всего цикла, как уже говорилось в начале этой статьи, 129600 лет.

Основой для моделирования мирового цикла Шао Юну послужил астрономический год: в космическом "юане" содержится столько же "совокупностей", "поворотов", "эпох" и "лет", сколько в году месяцев, в месяце – суток, в сутках – часов (китайский час, "стража" – гэн, равен двум европейским) и в часах – минут (также двойных). Поэтому основные этапы "космического года" были соотнесены неоконфуцианцами с сезонами, также обозначенными терминами "И цзина" – юань – начало, хэн – расцвет, ли – польза и чжэн – добродетель. Первый соответствует весне (от формирования мира до появления всех живых существ), а последний, естественно, зиме (пустота, предшествующая формированию нового универсума), за которой следует новая "весна" и, соответственно, новый космический цикл. Этим циклам не было начала и не будет конца.

Весь космический цикл Шао Юн разделил также на двенадцать отрезков – по числу одного из наборов так называемых циклических знаков, формальных маркеров самых различных как пространственных, так и временных структур (второй набор насчитывает десять знаков). Каждый из них был обозначен одной из гексаграмм (графических символов из шести черт, символизирующих инь и ян) "Канона Перемен", расположенных по принципу возрастания, а затем убывания непрерывных (ян) черт. Так, у первой гексаграммы, символизирующей появление мира, только одна черта является непрерывной, у второй (возникновение вещей и существ) их уже две, у шестой (полное становление мира) – все черты непрерывны, после чего начинается их уменьшение, причем последняя гексаграмма, обозначающая этап космической пустоты между циклами, состоит только из прерывистых (инь) черт. Затем все повторяется.

Понятно, что двенадцать этих отрезков соответствуют месяцам года и соответствуют "совокупностям" (хуэй). Период расцвета и мира в целом, и человечества приходится здесь на шестой, центральный, отрезок, соответствующий, по Шао Юну, периоду правления совершенномудрых государей древности до появления первых династических государств, когда престол передавался не сыну-наследнику, а самому достойному человеку в Поднебесной. Вся последующая известная Шао Юну история человечества (плюс значительный отрезок последующей, включая, по его расчетам, и нашу современность) относится философом к следующему, седьмому, "месяцу" и рассматривается как начало упадка мира и человечества, причем этот упадок прогрессирует (вспомним шутку Вл. Соловьева о "прогрессивности" прогрессивного паралича). За всю историю человечества, утверждает Шао Юн, сменилось четыре ухудшающихся типа правления: правление августейших (хуан), владык (ди)32, царей (ван) и гегемонов-тиранов (ба). Каждый из этих типов правления соотносится Шао Юном с одним из сезонов (правление августейших – весна, правление гегемонов – зима).

Правление августейших и владык относится Шао Юном к мифической древности, правление царей – к династиям Ся (полулегендарная династия), Шан-Инь (до начала XI в. до н.э.) и Чжоу (точнее, Западное Чжоу). С упадка государства Чжоу и до эпохи самого Шао Юна (т.е. с VIII-VI вв. до н.э. до XI в. н.э.), как он считал, установилось правление гегемонов-тиранов. При этом династия Хань едва не достигла уровня "правления царей", остальные же династии ей значительно уступали.

Типы правления отличаются друг от друга, считает Шао Юн, средствами, которыми данное правление пользовалось.

Так, августейшие правили посредством Дао-Пути, оказывая преображающее влияние (хуа) на народ. Владыки управляли посредством благой силы дэ и наставляли народ. Цари посредством подвигов упорядочивали Поднебесную и властвовали над народом. И наконец, гегемоны вели народ, применяя силу, ввергая его в войны из-за своей выгоды. Таким образом, практически вся реальная история Китая оценивается Шао Юном крайне пессимистически как царство насилия и борьбы за выгоду, причем исключение им не делается даже для царствовавшей в его время династии Сун.

Таким образом, можно сказать, что модель Шао Юна совместила в себе представление о цикличности времени с представлением о постепенном развитии, расцвете и последующей деградации общества, сняв таким образом наличествовавшее в китайской культуре противоречие между представлением о временных циклах и концепцией постепенной деградации общества после утраты Дао-Пути золотого века древности.

В заключение хотелось бы отметить, что циклическая модель универсума, предложенная Шао Юном, не была простым заимствованием из буддизма, поскольку она имела корни в собственно китайской традиции, а именно – в циклизме "Канона Перемен". Буддийское влияние лишь стимулировало процесс систематизации и концептуального оформления уже имевшихся в китайской культуре представлений и реализации уже существовавших тенденций к созданию универсальной циклической модели космоса33.



<<< ОГЛАВЛЕHИЕ >>>
Просмотров: 609
Категория: Библиотека » Философия




Другие новости по теме:

  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ Приложение IV Письмо о. Серафима Роуза по
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | Примечания Дэвид Р.Уилер Путешествие на ту сторону, Асе
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ Приложение III Ответ критику В то время,
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ Приложение II Рассказ блаж. Феодоры о мытарствах
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ Приложение I Учение св. Марка Эфесского о
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ X КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ПРАВОСЛАВНОГО УЧЕНИЯ О ПОСМЕРТНОЙ
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ IX СМЫСЛ СОВРЕМЕННЫХ ПОСМЕРТНЫХ ОПЫТОВ Если Моисея
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ VIII ПОДЛИННЫЕ ХРИСТИАНСКИЕ ОПЫТЫ НЕБА 1. Место
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ VI ВОЗДУШНЫЕ МЫТАРСТВА В этом падшем мире
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ V ВОЗДУШНОЕ ЦАРСТВО ДУХОВ Чтобы понять, в
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ IV СОВРЕМЕННЫЙ ОПЫТ НЕБА В Жизни после
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ III ЯВЛЕНИЯ АНГЕЛОВ И БЕСОВ В ЧАС
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ I НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ СОВРЕМЕННЫХ ОПЫТОВ Совершенно неожиданно
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ Некоторый человек был богат, одевался в порфиру
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ VII ОПЫТЫ ВЫХОДА ИЗ ТЕЛА В ОККУЛЬТНОЙ
  • С. Роуз. ДУША ПОСЛЕ СМЕРТИ | ОГЛАВЛЕHИЕ II ПРАВОСЛАВНОЕ УЧЕНИЕ ОБ АНГЕЛАХ Мы знаем
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ Глава 9 В ПОИСКАХ ЧУДЕСНОГО Собор Парижской
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ Глава 2. ЧЕТВЕРТОЕ ИЗМЕРЕНИЕ Идея скрытого знания.
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ Предварительные замечания То, что автор нашел во
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ Глава 1 ЭЗОТЕРИЗМ И СОВРЕМЕННАЯ МЫСЛЬ Идея
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ Глава 3 СВЕРХЧЕЛОВЕК Постоянство идеи сверхчеловека в
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ Глава 12 ПОЛ И ЭВОЛЮЦИЯ Смерть и
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ Глава 4 ХРИСТИАНСТВО И НОВЫЙ ЗАВЕТ Эзотеризм
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ Глава 10 НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ Вопрос о
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ Глава 11 ВЕЧНОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ И ЗАКОНЫ МАНУ
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ Глава 8 ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНАЯ МИСТИКА Магия и мистика.
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ Глава 7 ОБ ИЗУЧЕНИИ СНОВ И ГИПНОТИЗМЕ
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ Глава 6 ЧТО ТАКОЕ ЙОГА Тайные учения
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ Глава 5 СИМВОЛИЗМ ТАРО Колода карт Таро.
  • П. Д. Успенский. НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ | ОГЛАВЛЕHИЕ НОВАЯ МОДЕЛЬ ВСЕЛЕННОЙ продолжение Недостаточность четырех координат



  • ---
    Разместите, пожалуйста, ссылку на эту страницу на своём веб-сайте:

    Код для вставки на сайт или в блог:       
    Код для вставки в форум (BBCode):       
    Прямая ссылка на эту публикацию:       





    Данный материал НЕ НАРУШАЕТ авторские права никаких физических или юридических лиц.
    Если это не так - свяжитесь с администрацией сайта.
    Материал будет немедленно удален.
    Электронная версия этой публикации предоставляется только в ознакомительных целях.
    Для дальнейшего её использования Вам необходимо будет
    приобрести бумажный (электронный, аудио) вариант у правообладателей.

    На сайте «Глубинная психология: учения и методики» представлены статьи, направления, методики по психологии, психоанализу, психотерапии, психодиагностике, судьбоанализу, психологическому консультированию; игры и упражнения для тренингов; биографии великих людей; притчи и сказки; пословицы и поговорки; а также словари и энциклопедии по психологии, медицине, философии, социологии, религии, педагогике. Все книги (аудиокниги), находящиеся на нашем сайте, Вы можете скачать бесплатно без всяких платных смс и даже без регистрации. Все словарные статьи и труды великих авторов можно читать онлайн.



    загрузка...




    Locations of visitors to this page



          <НА ГЛАВНУЮ>      Обратная связь