ГЛАВА 5. Проблема человеческого существования и любовь человека к человеку - Человек и мир - Рубинштейн С. Л.

- Оглавление -


Моральное отношение к человеку — это любовное отношение к нему. Любовь вы­ступает как утверждение бытия человека. Лишь через свое отношение к другому человеку человек существует как человек, фундаментальнейшее и чистейшее выражение любви, любовного отношения к человеку заключено в формуле и в чувстве: «Хорошо, что вы существуете в мире». Свое подлинное человеческое су­ществование человек обретает, поскольку в любви к нему другого человека он начинает существовать для другого человека. Любовь выступает как усиление утверждения человеческого существования данного человека для другого. Мо­ральный смысл любви (любви мужчины и женщины) в том, что человек обретает исключительное существование для другого человека, проявляющееся в избира­тельном чувстве: он самый существующий из всего существующего. Быть люби­мым — это значит быть самым существующим из всего и всех.

Любовь оказывается новой модальностью в существовании человека, посколь­ку она выступает как утверждение человека в человеческом существовании. Что­бы существовать как человек, человек должен существовать для другого не как объект познания, а как условие жизни, человеческого существования. Напротив, акт или чувство ненависти, презрения есть отказ в признании, полное или частич­ное перечеркивание бытия человека, значимости его бытия. Ненависть есть иде­альная форма изничтожения, морального «убийства» человека.

Любовь в ее «онтологическом» содержании — это процесс вычленения из сплетения зависимостей целей и средств особого, неповторимого существа данно­го человека. Любовь есть выявление этого образа человека и утверждение его су­ществования. С началом любви человек начинает существовать для другого чело­века в новом, более полном смысле как некое завершенное, совершенное в себе существо. Иными словами, любовь есть утверждение существования другого и выявление его сущности. В настоящей любви другой человек существует для ме­ня не как «маска», т. е. носитель определенной функции, который может быть ис­пользован соответствующим образом как средство по своему назначению, а как человек в полноте своего бытия. Любовь моя к другому человеку есть утвержде­ние его существования для меня и для него самого. Он перестает быть одним из... Это новый способ его существования, и я своим поведением утверждаю его как такового. Такова «сущность» любви, такова любовь в своем чистом виде. Отсю­да — «феноменология» и критика реальной любви как такового явления, в кото-

ром сущность любви осложнена, замаскирована и искажена привходящими об­стоятельствами.

Любовь к другому человеку выступает как первейшая острейшая потребность человека. Она выступает как оценка чувством, основывающаяся не на явлении только, не на непосредственном восприятии человека, а на раскрытии сущности человека, как зеркало, способное увидеть подлинную сущность человека. Прозре­ние и познание сущности другого человека происходит через те человеческие от­ношения, в которые вступает любящий. Любовь иногда бывает выявлением об­раза любимого — часто невидимого для других людей — не потому, что любящий поддается иллюзии, а потому, что он выявляет те стороны, которые не выясня­ются для других людей в тех деловых отношениях, в которых выступают лишь функциональные свойства человека как «маски». «Полюби нас черненькими, бе­ленькими всякий нас полюбит» — подлинный смысл этого положения в том, что­бы любить человека не за тот или иной поступок, встретивший одобрение или по­рицание других людей, который может быть случайным, а за него самого, за его подлинную сущность, а не за его заслуги. Любовь есть утверждение другого чело­века и заключенного в нем способа отношения к миру, к другим людям, а тем са­мым мое отношение к миру, к другим людям преломляется через отношение к лю­бимому человеку.

Радоваться самому существованию другого человека — вот выражение любви в ее исходном и самом чистом виде: «Хорошо, что Вы существуете в мире...» Но уже вслед за радостью от самого существования человека — хотя бы далекого и недоступного — приходит другая, более конкретная, а потому или более полная или более обедненная радость — радость от более или менее интимного общения с ним, в процессе которого общими у двух людей становятся и радости и печали ка­ждого из двух любящих друг друга людей. Здесь в любви происходит сплетение, перекрест двух противоположных тенденций. Одна имеет место тогда, когда в природном чувственном влечении происходит распад всех человеческих надстро­ек. Другая — когда природная основа служит силой, которую ничто надуманное не может превзойти; эта тенденция служит решению этических задач, выявлению в любимом всего хорошего, что есть в человеке, и порождению — естественному и необходимому — любовного к нему отношения, в котором этически формируется любящий. В этом случае природное выступает как основа той огромной душевной надстройки, питающей источник лирики, поэзии и т. д.

Платонизм выступил за отождествление добра только с духовным, а зла — с чувственным. Таким образом, добро не проникает в сферу чувственной действи­тельности и исчезает дифференциация добра и зла в сфере духовного. Где же на­ходится разрешение этой антимонии? В любви — половой"— у мужчины и женщи­ны тоже есть своя функция, но использование человека в любви по его функции, точнее, признание его существования только как носителя этой функции — это не любовь, а разврат, сама суть его. Плоха, низка чувственная любовь не потому, что она чувственна, а именно сведение в ней человека к одной функции, т. е. превра­щение человека в «маску». Это и есть отрицание человека и самой сущности под­линной любви. Не обращать человека в маску — такова первая заповедь этики, утверждать существование человека во всей полноте его бытия. Для нелюбящих в ходе жизни человек выступает по преимуществу в своей функции, которого со­ответственно ей используют по своему назначению как средство.

В любви, как в фокусе, проявляется факт невозможности существования чело­века как изолированного «я», т. е. вне отношения к другим людям. Любовь ребен­ка к матери (бабушке) — это прежде всего общность жизни, жизнь как сообща осуществляемый процесс. Но дело здесь не только в том, что они вместе участву­ют в жизни, а в том, что один живет через другого, что удовлетворение всех по­требностей ребенка осуществляется через мать, бабушку, что в ней источник всех радостей для ребенка. Сексуальные, природные связи (матери к ребенку и т. д.) являются силами, проявляющими другого человека, а не только сексуального партнера, во всем многообразии отношений, в которые он включается жизнью, и соответствующих качеств, значимых для любящего. Любовь выступает как при­страстный проявитель (в одном случае это осуществляется действием природной силы, природной потребности, в другом — воспитанного гуманным правом чувст­ва) всех хороших качеств в двояком смысле. Во-первых, она их вызывает к жизни, во-вторых, она делает их более видимыми для любящего (или делает любящего более зорким к ним). Важно при этом, что речь идет о проявлении лучших ка­честв не только в любовных отношениях, но и во всех планах жизни, во всех сфе­рах человеческой деятельности. Любовь мужчины к женщине, матери к ребенку — это природная основа этического отношения человека к человеку, которая затем выступает как преломленная через сознание и обогащенная, проникнутая богат­ством всех человеческих отношений к миру, к задачам своей деятельности, труда.

Однако, как говорилось, сами природные связи как таковые не объясняют все­го смысла человеческой любви. Здесь любовь может легко попасть в западню. «Он — мой, а я — его», склонна сказать любовь, и с этой психологией собственно­сти ревность лишь ждет случая, чтобы ужалить любящего. От ее терзаний при всех условиях может освободиться лишь тот, кому всегда доступно, кто всегда способен вернуться к исходному выражению любви, раскрывающему самую ее основу: радостному утверждению самого существования другого человека. Сила страсти, природного чувственного влечения одновременно и источник тяжких пре­грешений и духовной широты, способности к пониманию и сочувствию. Напри­мер, если сравнить чувственных, страстных людей, их доброту и снисходитель­ность к другим, их понимание трудностей, страстей и заблуждений других людей и «сухих» добродетельных пуритан, их сухость, черствость и безжалостность к людям, то преимущество явно будет на стороне первых. Как же может быть най­дено разрешение коллизии между действием — то положительным, то разруши­тельным — природных сил и способностью человека к радостному утверждению существования другого человека как такового?

Это и есть проблема «ближнего» и «дальнего» или любви к ближнему и даль­нему, любовь и проблема индивидуальности и общности. Противопоставление любви к ближнему и дальнему очень многозначно. Оно означает, во-первых, раз­личение любви к конкретным людям и абстрактную любовь к людям вообще. Это есть не что иное, как идеалом прикрытое и оправданное безразличие, сухость, чер­ствость и жестокость по отношению ко' всем людям, с которыми человек реально соприкасается и которым он мог бы реально помочь. Это — с высоты далекого, в будущее, в бесконечность и недосягаемость изгнанного идеала оправданное бес­сердечие к людям в настоящем, в действительности. Это соотношение вскрывает связь любви с реальным бытием людей.

Противопоставление возможно и в другом смысле: любовь к ближнему — это привязанность к своим присным, к тому, с кем сжился, это расширенный эгоизм, который близостью к другому заслоняется, снимает вопрос об оправданности, о ценности этических критериев. Это есть любовь к ближнему, противопостав­ленная любви к дальнему, к идеалу, любовь к человеку, которой нет дела до того, что представляет собой любимый, какому делу он себя отдает. Здесь снимается вопрос о том, к чему и к кому, какого морального облика человеку возникает лю­бовь, снимается привержением к родственным, семейным привязанностям, для которого всякие этические оценки, качества остаются по ту сторону добра и зла. Здесь происходит отказ от воякой избирательности: кто мне близок, тот и хорош. Эта любовь — пленение, любовь к одному человеку как эгоизм вдвоем, как обо­собление от всех людей. Такая любовь, равно как и любовь к дальнему, освобож­денная от любовного отношения к ближнему, в равной мере не могут быть оправ­даны. Противопоставление любви к ближнему любви к дальнему есть в одном случае утверждение существенности только непосредственного контакта, в дру­гом — образа человека, абстракции, идеала, противопоставленного самому реаль­ному человеку. Однако философия (мировоззрение) человека и его поведение, поступки, иногда совпадая, выражают и усиливают друг друга, а иногда приходят в противоречие. Согласно Мальбраншу, существует философия человеческого поведения — каждый поступок человека есть скрытое (имплицитное) суждение о «боге».

Снятие этого противопоставления заключается в том, чтобы в ближнем узреть и вызвать к жизни дальнего человека, идеал человека, но не в его абстрактном, а в его конкретном преломлении. Говоря иными словами, это значит в ближнем уви­деть идеал в его конкретном выражении. При этом нужно судить не только по яв­лениям как таковым, по поступкам, подвергшимся одобрению или неодобрению, а от «явления» перейти к сущности человека. Желание в ближнем, любимом, близком увидеть любимый идеал и способствовать его созданию есть, по сущест­ву, возврат к общественной функции, но только очень высокого, благородного по­рядка, не принижающий к будничным функциям, делам, а возвышающий. Здесь соединяются, сливаются любовь к человеку и любовь к правому делу, любовь к человеку как борцу за правое дело. Здесь соединяются конкретность личного и всеобщего, общественное выступает в конкретно-личностном преломлении и воплощении. Каждый человек в конкретной ситуации со своей позиции видит мир и относится к нему. Здесь любовь, как утверждение другого человека, есть утверждение конкретной, в человеке воплощенной истины (добра).

В бесконечной мягкости и бесконечной требовательности любви проявляется особое творческое отношение к человеку, субъекту, поскольку оно способствует утверждению бытия человека все более высокого плана, все большего внутренне­го богатства. В самой общей форме это вообще характеризует отношение к друго­му человеку: другой человек, будучи дан как объект, вызывает к себе отношение как к субъекту, а я для него — объект, которого он, в свою очередь, принимает как субъекта.

Отсюда обратимость этических человеческих отношений. Поскольку человек существует как человек только через свое отношение к другому человеку, по­скольку человечность человека проявляется в его отношении к другому, отноше­

ние к другому должно быть таким же, как к самому себе. Говоря точнее, отнесись к другому так, как ты хочешь, чтобы он относился к тебе*. Именно здесь в полной мере обнаруживается человек как единичное существо, сохраняющее свою еди­ничность и поднимающееся до уровня всеобщности.

Что же представляет собой, в отличие от любви к человеку, любовь ко всему живому любовь к природе, или, иначе, что такое природа, которая является объ­ектом любви? Природа в своем отношении к человеку выступает как эстетиче­ская категория, которая и должна быть раскрыта в этом ее качестве.

1 В христианской концепции любви бога как добра любовь выступает как отношение низшего к выс шему Греческая концепция любви (эроса) есть стремление низшего к высшему, более совершенному В августиновской, спинозовской концепциях развивается представление о совпадении движения снизу вверх и сверху вниз, но только никак не любовь равного к равному

Просмотров: 3631
Категория: Общая психология, Психология


Другие новости по теме:

  • ГЛАВА 4. Отношение человека к человеку (мораль и этика) - Человек и мир - Рубинштейн С. Л.
  • 8. ЛЮБОВЬ В ПСИХОАНАЛИТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЯХ - Отношения любви. Норма и патология- Кернберг О.Ф.
  • 3. ЗРЕЛАЯ СЕКСУАЛЬНАЯ ЛЮБОВЬ - Отношения любви. Норма и патология- Кернберг О.Ф.
  • 4. ЛЮБОВЬ, ЭДИП И ПАРЫ - Отношения любви. Норма и патология- Кернберг О.Ф.
  • 6. АГРЕССИЯ, ЛЮБОВЬ И ПАРЫ - Отношения любви. Норма и патология- Кернберг О.Ф.
  • Глава 21. Как найти и узнать близкого человека. - Любовь или влюбленность - В. Доброславович
  • ГЛАВА 8. Познавательное отношение человека к бытию - Человек и мир - Рубинштейн С. Л.
  • 1. Любовь - ответ на проблему человеческого существования. - Искусство любить - Э.Фром
  • Глава 23. Любовь с первого взгляда? - Любовь или влюбленность - В. Доброславович
  • Глава 25. Всеобъемлющая любовь. - Любовь или влюбленность - В. Доброславович
  • 10. ОТ ЧЕЛОВЕКА К ЧЕЛОВЕКУ И ДАЛЬШЕ - Интегрированная гештальт-терапия. Контуры теории и практики - И. Польстер, М. Польстер
  • Глава 24. Любовь. - Любовь или влюбленность - В. Доброславович
  • ЗАНЯТИЕ 5. МИР КАК ОН ЕСТЬ — УДИВИТЕЛЬНОЕ РЯДОМ. - Уроки соционики - Елена Андреевна Удалова, Любовь Анатольевна Бескова
  • Глава 8. "БЫТЬ ТЕМ, КЕМ ТЫ ЕСТЬ НА САМОМ ДЕЛЕ". ЦЕЛИ ЧЕЛОВЕКА ГЛАЗАМИ ПСИХОТЕРАПЕВТА - О становлении личностью. Психотерапия глазами психотерапевта - К. Роджерс
  • Глава 9. Понимание эмоций другого человека - Эмоции и чувства - Ильин Е. П.
  • Что есть незначимые стимулы для человека? - ПСИХОТЕХНОЛОГИИ - Смирнов И., Е.Безносюк, А.Журавлёв
  • Все это — о тайнах любви - Отношения любви. Норма и патология- Кернберг О.Ф.
  • ГЛАВА 7. Эстетическая тема (мотив) в жизни человека - Человек и мир - Рубинштейн С. Л.
  • 9.9. Влияние личностных особенностей на понимание эмоций другого человека - Эмоции и чувства - Ильин Е. П.
  • Манипуляция сознанием другого человека - Практическое применение Эриксоновского гипноза - К. Харский
  • ГЛАВА о том, что такое Я-концепция, концепция другого человека и как их изучать - Практикум по возрастной психологии - Абрамова
  • 5. Проблема нормы и аномалии в развитии и поведении человека (или введение в психологическую теорию относительности). - Психологические концепции развития человека. Теория самоактуализации - Вахромов Е.Е
  • Глава 1. Общие представления о состояниях человека - Психофизиология состояний человека - Ильин Е. П.
  • 9.7. Типы «вербальных эталонов» восприятия экспрессии эмоционального состояния другого человека - Эмоции и чувства - Ильин Е. П.
  • 4. Самоактуализация в контексте жизненного пути человека. - Психологические концепции развития человека. Теория самоактуализации - Вахромов Е.Е
  • Часть 1. Любовь, влюбленность и семья (закономерности и парадоксы) - Как относиться к себе и людям - Н. Козлов
  • Сеанс I. Часть 2. СОЗДАНИЕ ОБРАЗА ФЕВРАЛЬСКОГО ЧЕЛОВЕКА - Человек из Февраля- Эриксон М., Росси Э
  • ЧЕЛОВЕК СОЦИАЛЬНЫЙ. - Происхождение человека (Логика антропогенеза) - Мерцалов В. - Философия как наука
  • Душа человека - Человек и его символы - Карл Густав Юнг и последователи
  • Быть счастливым категорически запрещается. - Хищная любовь - Диденко Борис



  • ---
    Разместите, пожалуйста, ссылку на эту страницу на своём веб-сайте:

    Код для вставки на сайт или в блог:       
    Код для вставки в форум (BBCode):       
    Прямая ссылка на эту публикацию:       





    Данный материал НЕ НАРУШАЕТ авторские права никаких физических или юридических лиц.
    Если это не так - свяжитесь с администрацией сайта.
    Материал будет немедленно удален.
    Электронная версия этой публикации предоставляется только в ознакомительных целях.
    Для дальнейшего её использования Вам необходимо будет
    приобрести бумажный (электронный, аудио) вариант у правообладателей.

    На сайте «Глубинная психология: учения и методики» представлены статьи, направления, методики по психологии, психоанализу, психотерапии, психодиагностике, судьбоанализу, психологическому консультированию; игры и упражнения для тренингов; биографии великих людей; притчи и сказки; пословицы и поговорки; а также словари и энциклопедии по психологии, медицине, философии, социологии, религии, педагогике. Все книги (аудиокниги), находящиеся на нашем сайте, Вы можете скачать бесплатно без всяких платных смс и даже без регистрации. Все словарные статьи и труды великих авторов можно читать онлайн.







    Locations of visitors to this page



          <НА ГЛАВНУЮ>      Обратная связь